☆ Приветствуем Вас, Гость! ☆ Регистрация ☆ RSS ☆
   +12

Главная » Файлы » Фестиваль "70-лет Победе в ВОв" » 5. Литературно – художественные произведения о войне

Берёзка
06.05.2015, 09:28
Многие слышали такое выражение, как широкая русская душа. Нет широкой мексиканской или французской души. И это ведь не просто так — только взгляните, какая у нас просторная страна, какие размашистые леса! А поля-то, а поля-то какие бескрайние! Выйдешь на одно из них, как глянешь на его горизонты, где глаза тонут, и взгляд отвести нельзя! Хочется дойти до конца, а конец-то всё отдаляется и отдаляется, как мираж, идешь к нему, да только ближе он не становится.
Мы, люди русские, привыкли к этой безбрежности, она поселяет внутри успокоение, тишину, а это отдых для всей души. Многие из нас, наверное, и мыслить по-другому не могут, но люди-то все разные.
Жаркий июнь 1943 года. По одному из заброшенных полей, которое заросло колосьями высотой в метр, и средь которых в разброс с трудом прорастают цветы, еле ноги переставляют немецкие солдаты со своим командиром. Вид у них у всех уставший, угрюмые их лица показывают и моральную истощенность.
Один мальчишка юных лет, с простеньким и маленьким лицом, на фоне которого даже кепка смотрится больше, совсем измотанный, с трудом несущий данное ему боевое оружие, выпаливает:
— С ума меня сводят эти поля. Они бесконечные, как застывшие. В нашей Германии нет такого. В уме не укладываются эти размеры. — ему тяжело было говорить, в горле совсем пересохло.
Другой парень, рыжий, выше его ростом и с резвой физиономией, уставший скорее больше от молчания, нежели даже от жары, решает во что бы то не стало продолжить беседу.
— Да это ещё что, недавно с нами, в той группе, такая история произошла, до сих пор вспоминаю, мурашки идут. Так уж лучше идти здесь по полю, на свободе, чем в той пучине.
— А что случилось? Расскажи нам.
— Хех… Шли мы значит по дороге возле леса, туда внутрь не заходили, говорят, что пожар в лесу устроили, горел сильно и долго. А потом слышим русскую речь, вроде как парни говорили, где-то там, далеко. Ну, мы притихли, а потом кто-то крикнул и бежать, слышали треск веток рядом, ну мы следом. Так потихоньку-то в лес да и забрели, сами того нехотя. А русских как и не было, испарились. Ну, мы оборачиваемся, вроде не далеко зашли, а тут лес стеной встал, чаща чащей. Идём-идём тихо, а выйти не можем. Завели нас, заманили эти проклятые русские. Потом заметили, что тишина странная нависла: ни птичек, ни шелест травы, ничего. А дальше самое интересное начинается, пришли мы в то самое обгорелое место, зрелище было ужасное. Черные стволы с голыми ветками, земля выжженная, всё чёрное. Но самое главное, запах там стоял, гнилой с горелым. Воняло, вспоминать не хочется. Мы и поспешили уйти. Шли-шли, а к этому месту возвращаемся. И пометки делали, и маршруты меняли, никакие приметы ориентировки не помогали, всё нас по лесу водил кто-то и в это место сожженное приводил. Как будто носом тыкали. Не на шутку напугались, темнеть стало, а мы по кругу ходим и ходим. И тут слышим опять русскую речь, опять те же, смеются. Мы затаились и ждём. А никого нет. А голоса то появляются, то пропадают и абсолютно в разных местах. Чертовщина какая-то творилась в лесу, пугали нас не на шутку и всё больше расходились. И тут, не поверишь, молиться начали, а голоса усилились, и уже ругались. А потом перестали. Идём все, трясёмся, крестики держим, молимся, и не поверишь вышли ведь! Еле как, тяжело было, будто давило что-то, не хотели отпускать. Вот чёртов русский лес колдовской, ни ногой добровольно туда больше! — на том и закончил свой рассказ парень. Все слушали его внимательно, а командир усмехнулся и улыбка его говорила «чего только не встретишь».
Командир этот небольшого роста, крепкого телосложения, с красноватым загорелым лицом, маленькими, светло-голубыми глазами, брёл без фуражки, посеял где-то в бою. Солнце пекло его голову, мысли пошли о семье, дочери, жене. Как там они живут? Без него, одни в городе. Заскучал, а историю краем уха слушал, улыбнула она его.
В это время им навстречу, ничего не подозревая, шли русские солдаты, патроны у них закончились, так ещё и девчушка старше десяти лет, по прозвище Берёзка, увязалась за ними. С вами и всё, ни в какую.
Звать-то её Наденька, а Берёзкой прозвали за худенькие, стройненькие ножки, миниатюрную фигурку и маленькое личико, за светленькие, пушистые волосы. Шла она свежей походкой, собирала цветочки и пыталась вспомнить, как учили её плести венок. Захотела солдатику раненному сплести и подарить. Чуть-чуть у неё получилось, но он не держался, разваливался. Уже подумала Берёзка новый сделать, хотела сорвать понравившийся ей цветок, только кинулась пойти, как вдруг один из солдат немцев увидел издали и все сразу кинулись прятаться. И немцы их тоже заметили, палить начали. Как только кого не задели. А русские ведь без патронов сидят, замолкли.
— Чёрт нас дёрнул пойти этим местом. — сказал один русский парень.
Лицо у него красивое, улыбка, что называется «до ушей», а глаза блестят всегда, сам тощий, отличительной чертой его были руки. Выразительные такие, с длинными пальцами. Форма на нём немного потрёпана, не стирана. Видно, давно человек на отдыхе был.
— Берёз, — говорит он. — Берёза, давай ты тихонько уходи. А мы здесь будем, задержим их.
А Берёзка не соглашалась убегать, что только ей не напевали. Упрямая такая, села и сидит тихо в зарослях. А немцы идут. И решили парни, пусть Надька здесь переждёт, а они, чтоб в плен не попасть, на немцев кинутся. Сидят, нужный момент поджидают. И вот все разом как кинутся бежать на них, али повезёт, не даваться же им в руки просто так. И вы поглядите, Надька-то, тихоня, вместе с ними побежала в бой! Девчушка маленькая, что сделать сможет. Бегут, страшно, думают, мир этот в последний раз видят. И у Берёзки лицо, вот-вот девчушка заплачет, а всё равно на врага кидается. Страшно подумать, что в мыслях у ребёнка этого.
Да тут командир как завидел Берёзку, худенькую, испуганную девочку, бегущую к нему навстречу, так и обомлел. Рот раскрыл от удивления и как закричит:
— Не стрелять! Не стрелять! Слышите меня!
И ни одна пуля не была выпущена из оружий. Это, как оказалось, не командир умом тронулся и не сжалился, это ему Наденька дочку его напомнила. Только та поплотней, зато лица у них один в один. Командир глазам поверить не мог, на лицо глянет, ну дочь его бежит к нему. И сердце замерло, глаз не отводит, налюбоваться всё никак не может. Как тут стрелять по родному человеку? И такое в жизни бывает, что в чужих краях на войне родного встретишь.
(Рассказ основан на реальных событиях).
Категория: 5. Литературно – художественные произведения о войне | Добавил: kristina3077
Просмотров: 156 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 1.0/5
Всего комментариев: 0
avatar